СТИХОТВОРЕНИЯ
***
Господи, густой, густой
Воздух города. Настой
Света, темного по праву.
Обреченно пей и пой
Средиземную отраву.
От
зари и до зари
Обреченно говори
Тем наречьем, на котором
Пели рыцари, цари
Толковали с Христофором.
Трубадуршей завозной
Воспеваю горький зной,
Что готически украшен
Морем в обмороке башен
Богородицы Морской.
Adrall
Это
гордое селенье
У Европы на горбу,
Где на мессе в воскресенье
Замороженное пенье –
Роза свежая в гробу.
Полусомкнутые веки
Пиренеев на полях,
Как в четырнадцатом веке,
Беспробудны. А в аптеке –
Муж аптекарши – поляк –
И
аптекарша просторна,
Разговорчива, смугла.
Дух лекарств и воздух горный,
Воздух горный, взор упорный
Из славянского угла.
Вечный сон средневековья,
Родниковая вода.
Сыр овечий, лень коровья.
Берегите, пан, здоровье,
Нам отсюда – никуда.
***
Я
знаю, что в далекой стороне,
Где вещи называются иначе,
Он точно так же плачет обо мне,
Как я – о нем. А я о нем не плачу.
За
ужином, в объятиях, во сне
Иль покупая свежую газету,
Он точно так же вспомнит обо мне,
Как я о нем, дописывая это
Четверостишье. Выровненный ряд
Знакомых слов, построенных в колонку,
Меж ним и мною тянет наугад
Заправленную ловко фотопленку.
Я
вижу сквозь нее неясный свет,
Людей неинтересные движенья
И в глубине – размытый силуэт,
Как собственной беды отображенье.
Квартира
А.Г.
В
чистой простоте евроремонта –
Белого больничного листа –
Тишина уныло и дремотно
В капельницах света разлита.
Если и не госпиталь, то "Боинг".
Под крылом – обрывки небылиц:
Те ковры на стершихся обоях,
Плавники тех шатких половиц.
Третьим поколением затрепан,
Как роман Доде или Золя,
Воздух тот, где непрерывный ропот –
Рокот холодильника "Заря".
